ИНВУР - информационное агенство

Инновационный портал
Уральского Федерального округа

  
Расширенный поиск

подписка

Subscribe.Ru
Новости сайта инновационный портал УрФО
Рассылки@Mail.ru
Новости инноваций. Рассылка инновационного портала УрФО
 
важно!
 
полезно!
награды
 
 
 
 
 

партнеры
Официальный портал Уральского Федерального округа
Официальный портал
Уральского Федерального округа
Межрегиональный некоммерческий фонд наукоемких технологий и инвестиций
Межрегиональный некоммерческий фонд наукоемких технологий и инвестиций

Ежедневная газета ''Новости Сочи''.
Ежедневная газета
''Новости Сочи''
 
Институт Экономики УрО РАН
Инновации

» Наши партнеры »


Сейчас на сайте:
105 чел.

Инвестиции



    Сайты Уральского Федерального округа
    >>к оглавлению

    «А для чего же вы нас пригласили?»»огл.

    Опыт времен НЭПа свидетельствует: боязнь западных инвесторов вкладывать деньги в российскую экономику имеет глубокие исторические корни»огл.

    К концу 20-х годов прошлого столетия перед молодой советской республикой остро встал вопрос технического перевооружения полуразрушенных после гражданской войны заводов. Выяснилось, что без привлечения иностранцев не обойтись. Вот как об этом на заседании бюро Уральского обкома ВКП(б) говорил его секретарь товарищ Кабаков: «Бакал, Алапаевск (ныне — города Челябинской и Свердловской областей соответственно. — Ред.) надо сдать американцам с условием реконструкции рудников. С тем, чтобы через два года там не было ни одной лошади, ни одной кирки — все техника. Чтоб наши рудники были оснащены по последнему слову техники». И иностранный капитал пошел навстречу в надежде на взаимовыгодные деловые отношения.

    Стачкой по концессии»огл.

    Поначалу ожидания капиталистов оправдывались. Партийные органы демонстрировали лояльность к классовому врагу, принимая решения о недопустимости волокиты в отношении Американской Алапаевской Асбестовой концессии. В ответ концессионеры допускали на предприятиях «комсомольские пасхи», кампании по сбору средств для рабочих Рура и массовую подписку на газеты «Правда» и «Безбожник».

    Ситуация круто изменилась по истечении первого коллективного договора, когда стало ясно, что концессия встала на ноги и начала приносить прибыль. При перезаключении договора профсоюз горнорабочих потребовал повысить зарплату рабочим первого разряда с 6 рублей 20 копеек до 10 рублей. В ответ концессионеры пригрозили снизить довольствие до уровня жалования на соседних государственных заводах — 4 рубля 10 копеек. Бюро обкома тщательно взвесило все «за» и «против». Особо принималось во внимание, что, невзирая на небольшое экономическое значение концессии, на ее примере можно показать, «кто в доме хозяин». Было решено активно поддержать требование профсоюзов, вплоть до объявления забастовки. Орготделу бюро обкома поручили изыскать средства для финансирования стачки. С этой целью предлагалось обратиться в райкомы и горкомы профсоюзов, а также в центральный губпрофсовет. Власть инициировала и обеспечивала стачку — было и такое в нашей истории...

    Однако полномасштабной акции протеста не получилось. Управляющий концессией господин Вольф пошел лишь на незначительные уступки, повысив зарплату не до 10, а до 7 рублей. Подвел, как ни странно, рабочий люд, ради счастья которого, собственно, все и затевалось. Докладная записка Уральского бюро ВЦСПС: «Основная причина, заставившая пойти на компромисс, заключалась в том, что рабочая масса Алапаевской концессии, состоящая в значительной части из крестьян голодных губерний, из-за боязни закрытия предприятия не хотела идти на забастовку. Союзные органы не провели почти никакой подготовительной работы среди рабочих. При этом рабочие даже не знали, что имеются средства для обеспечения стачечников на некоторое время. Они опасались выселения из квартир, хотя были приняты меры для недопуска такого выселения. Союзные организации должны учесть допущенные ошибки в конфликте на Алапаевской концессии, которые должны послужить уроком в дальнейшей борьбе». Отметим, что в то же время на государственном предприятии Ураласбест из-за отсутствия сбыта продукции уже два месяца не выплачивалась зарплата. И обошлось без стачки.

    В стране Чингисхана»огл.

    Алапаевские события действительно послужили неплохим уроком. К 1930 году были ликвидированы последние концессии. Но нужда в иностранной помощи не отпала — теперь понадобились специалисты, которые помогли бы СССР выковать собственные профессиональные кадры. Поданным ВЦСПС, в 1930 году на Урале трудилось более 200 иностранных специалистов в строительстве, металлургии, химической и лесной промышленности. Помимо прочего, они помогали возводить Уралмаш и Магнитку.

    Первый призыв был идейным, комму

    нистическим. Исповедующие левые убеждения западные рабочие на свои деньги ехали в СССР, зачастую везли с собой необходимые инструменты и технику. Здесь их принимали в партию, вовлекали в рабкоровское движение, знакомили с советской конституцией. Но со временем партийные руководители сообразили, что интернационалисты и специалисты — не всегда одно и то же. Последние ехали в Советскую Россию уже за весьма недурную зарплату (от 500 до 1000 долларов), в 100 — 300 раз превышающую жалование советского рабочего. Но по приезде возникала огромная проблема: чем занять иностранцев, как их и к производству допустить, и секретов не выдать. Весьма показательное для того времени название документа — «Протокол заседания Уралобкома ВКП(б) о неправильном использовании специалиста МакДональда на Уралмедьстрое».

    Во избежание лишних хлопот многие директора предпочитали, чтобы иностранцы ни во что не вмешивались. Немецкие инженеры, командированные на Кизельское шахтоуправление (ныне Пермская область), жалуются, что им не выделили ни одного переводчика и из-за этого они ничем не могут помочь в рабочем процессе. Мистер Джермен из Карабаша (Челябинская область) сообщает, что ему было отказано в знакомстве с технической документацией, а список заказов на оборудование предоставили только тогда, когда оно уже было закуплено. Немецкий инженер Брунгардт из Миньяра (Челябинская область) резюмирует: «В СССР большое поле для творчества тех, кто желает на деле осуществить последние достижения техники. Однако предложения, которые мы вносим, выполняются плохо. О форме головки одной заклепки говорят часами. Комиссии приезжают и уезжают. Принимается огромное количество решений, но никто их в жизнь не проводит». В докладной записке агитмассового отдела обкома ВКП(б) мы встречаем сюжеты, когда иностранный специалист вызывается на работу в еще недостроенную лабораторию и полгода сидит без дела; когда немецкий инженер за полтора года сдает всего лишь два проекта доменных печей, на что и месяца бы хватило; когда по ошибке из Германии вместо бетонщика вызывают мясника.

    Со временем игнорирование иностранцев распространилось с профессиональной на социально-бытовую почву. АО «Фольнер и Циглер» ходатайствует за двух своих рабочих, направленных на работу в Сатку (Челябинская область). По их словам, из-за давки в столовой им уже который день не достается еды. Вносит свою лепту в напряженность отношений и высокий уровень зарплат иностранных специалистов. В отчетах приводится мнение лысьвинских строителей (Пермская область): «Хорошо немцам с повышенными заданиями справляться, они водку и съестное ящиками получают». Впрочем, некоторые из иностранных специалистов платили той же монетой. В одной из архивных папок находим такие откровения (перлюстрации тогда не стеснялись) американского инженера Гарольда П. Пратера: «Остается еще один год и пять месяцев тухлой капусты, лошадиного мяса, вонючих магометян и того недоразумения, что почему-то называет себя нацией... Мы помещаемся в отеле в городе Свердловск. Это что-то невозможное, а не отель. Жена говорит, что она не будет удивлена, если увидит корову, идущую по лестнице вверх... Работа у меня легкая. Все равно, что тренировать собаку. Да и деньги не таковы, чтоб на них чихать. Но это единственный довод оставаться здесь с несчастными потомками Чингисхана». В комментарии к письму, написанном каким-то бдительным товарищем, говорится, что мистер Пратер приходит на работу в 12 часов, уходит через час на базар, потом снова приходит и читает газеты, а еще он взял три тысячи рублей авансом и ничего не делает. Немудрено, что буквально в течение пары лет после этого деятельность иностранных специалистов на Урале была свернута.

    Возможно, именно тогда, в конце 20 — начале 30-х годов, в отношениях с иностранным капиталом надолго сформировался «комплекс временщика». С одной стороны, сложилось расхожее мнение западных бизнесменов, что в России небезопасно затевать долгосрочные проекты, деньги надо делать быстро, пока власть чего-нибудь опять не учудила. С другой — заматерела уверенность чиновников, что инвесторы прежде всего обязаны способствовать разрешению наших внутренних проблем и лишь потом заботиться о собственных прибылях. При этом обеими сторонами в основном преследуются задачи сиюсекундной выгоды. А уж для кого она окажется большей — это вопрос из серии, кто кого на повороте обойдет.

    При подготовке материалов использованы
    архивы Центра документации общественных
    организаций Свердловской области

    «Эксперт-Урал»


    ОГЛАВЛЕНИЕ

    «А для чего же вы нас пригласили?»

    Опыт времен НЭПа свидетельствует: боязнь западных инвесторов вкладывать деньги в российскую экономику имеет глубокие исторические корни

    Стачкой по концессии

    В стране Чингисхана

 
Индекс Цитирования Яndex Rambler's Top100
дизайн, программирование: Присяжный А.В.